Ренийский синдром. Бояться должны не вы. Бояться должны вас!

Ренийский синдром. Бояться должны не вы. Бояться должны вас!

Эти заметки родились спонтанно, хотя закономерность их появления существует. Как говорится, шло накопление материала, пока оно не достигло «критической массы». А достигло оно той самой критической массы (уже без кавычек) несколько неожиданно даже для автора, когда пришло заказное письмо с уведомлением о вручении от начальника Ренийского морского торгового порта Ф.П.Бедина. Ничего особенного в этом письме не было. Но как раз именно это отсутствие чего-то особенного и вызвало, наконец, желание поговорить начистоту. Не с начальством. Не с мэром города или начальником порта. С вами, дорогие наши сограждане и читатели…
Сюжет первый. Три недели назад «Час пик» выступил с обращением в адрес горисполкома и управления газового хозяйства подтвердить или опровергнуть опубликованные нами сообщения анонимов о фактах завышения расценок на услуги, предоставляемые бригадами газового хозяйства. От управления газового хозяйства ответа не поступило. А в горисполкоме у меня состоялся разговор на эту тему с Сергеем Колевичем. На вопрос поступают ли в адрес горисполкома подобные жалобы, мэр ответил утвердительно. Но в то же время откровенно сказал, что никаких мер по ним он принять не в состоянии. Именно из-за отсутствия у него официальных оснований.
Да, жалуются люди. А доходит дело до заявления на имя городского головы, жалобщика словно ветром сдувает. Одни не хотят, другие боятся. Мотивировка известная: город маленький, все друг друга знают, «неудобно» как-то, может «кто-то другой»…
Неудобно, как известно, спать на потолке. А «другого» человека не обнаруживается. При всем том, что редакция сознательно готова публиковать материалы анонимного характера, мы точно так же, как и городской голова, не вправе направить официальное письмо в адрес того же управления газового хозяйства, в прокуратуру или милицию, - куда угодно. Письмо будет беспредметным. Что официально в таком случае можно предъявить? О неправомерных действиях какого человека или какой конкретно хозяйственной структуры говорить? Информация «по слухам» сама по себе несерьезна, направлять ее в инстанции глупо, а отвечать на нее – тем более. Правовые отношения требуют фактов и доказательств. Тогда же, как говорят юристы, наступают и правовые последствия.
Публикуя анонимный материал о случаях завышения расценок со стороны управления газового хозяйства, редактор знал в лицо двух человек из тех трех, кто обратились к нам за помощью. Наша публикация сознательно была рассчитана на то, что люди, увидев опубликованными в газете их жалобы, «созреют» для официального обращения. Пусть не в суд, - в нашу же редакцию, в мэрию, к нашим членам редколлегии, представляющим партии…
Ничуть ни бывало! Даже в ответ на мое личное предложение сделать это, двое из трех, старательно почесав за ухом, смущенно отказались. Один из них, пожилой человек, явно не робкого десятка, как-то очень неуверенно произнес:
- Да я уж и забыл про те шестьсот долларов. Чего уже! У меня что, других проблем нет?!.
- Есть! – пришлось съязвить и мне. – И они всегда у вас будут….
Вот этого - почему они всегда будут - он, конечно, не понял. А жаль.
Ладно, бог с ними, с мужиками. Может быть, правы психологи давно и научно обоснованно утверждающие, что мужчины более трусливы по своей природе, а потому именно женщинам их надо беречь. Впрочем, в каждой шутке есть доля шутки…
Сюжет второй. Начиная полемику в области образовательных инициатив, предпринимаемых городским советом, мы исходили из нескольких принципиальных соображений.
Соображение первое. Ребенок должен развиваться так, как он развивается, но вовсе не так, как этого хочет дядя, школа и, уж тем более, общество. Ценности у общества – вещь неустойчивая и постоянно меняющаяся, к сожалению, только в худшую сторону. То есть, если вы хотите счастья для своего ребенка (не богатства, не карьеры, а именно счастья) не мешайте ему быть счастливым. Потому что приходит он в этот мир изначально счастливым. Потому что от рождения до смерти у человека всегда есть все, что ему нужно для счастья. А несчастным его делает то, что, повзрослев, он этого уже не понимает, плюс - все перечисленные выше «инстанции».
Соображение второе. Утверждение «Профессия – родитель» не просто лишено здравого смысла. Оно лишено какого-либо смысла вообще. Родители либо есть, либо их нет, даже при их физическом наличии. Но и то, и другое – от Бога. Во благо или испытание, - это уже вопрос теологии и философии. «Научить» чему-то настоящую мать невозможно, ибо она изначально (неизвестно откуда) обладает безупречными знаниями и безупречным материнским чутьем и интуицией. Они имеют значение только для ее ребенка, они применимы только к ее ребенку, не могут быть универсальны для всех, и это нельзя передать как опыт. Любое «учебное пособие» на сей счет больше напоминает рекомендации евнуха по эффективности секса.
Соображение третье. И, наверное, самое важное. У нас беда с детством. С безнадзорностью детей, пьянством родителей, с нищетой. Давно (и газета писала об этом) как воздух необходим городу пусть небольшой, но постоянно и реально работающий приют для детей, как лишенных родительской опеки, так и тех, кого причисляют к так называемой категории «трудных». Созданием этого приюта занимается государственная власть в лице райгосадминистрации. Трудности – серьезные. И город должен был бы в этом принять самое живое и непосредственное участие. Если мы действительно хотим строить город, «дружественный к ребенку», то давайте начинать не с научных рекомендаций из Киева, а с непосредственной помощи тем детям, которые здесь, в Рени, прямо сейчас (если не сказать вчера) в этом остро нуждаются. Вот почему (на наш взгляд) стыдно и по-человечески неприемлемо начинать педагогические инициативы, не решив проблемы детской и подростковой безнадзорности вместе с районной властью. А эта проблема не решена.
Поделившись этими тремя принципиальными соображениями с нашей педагогической общественностью, мы получили признательный отклик и наблюдали живой энтузиазм, я бы сказал, взволнованную живейшую готовность принять участие в полемике, высказать свою точку зрения, не совпадающую с политикой городской власти.
Да, на словах люди высказывают критику, звучат негативные оценки. Но… Стоп! Шлагбаум! Дальше нельзя! Как только заходит речь о том, чтобы высказать свою гражданскую позицию, или же просто подписаться под тем, что говоришь, - тишина… И это - люди с высшим образованием, по преимуществу те, кому доверено воспитание и обучение наших детей.
Я себя спрашиваю: если так, то, может быть, на самом деле прав Сергей Колевич, привлекая киевских специалистов. Те хоть и заблуждаются (подчеркиваю, по моему глубокому убеждению), но не молчат! Те, киевляне, хотя бы научат проявлять инициативу и смелость. А эти чему научат? Своим примером терпеть и молчать, фигу показывать исключительно в кармане, мнение высказывать только «совпадающее», и всегда думать о том «как бы чего не вышло»? Мы такими хотим видеть наших детей? Мы на таких основаниях хотим строить новое общество? Получается, именно на таких. Именно такое общество мы однажды уже создали в СССР. А потеряли наш действительно Советский и действительно Союз, потому что наверху оказались негодяи и предатели, а внизу – стадо. Это было совсем другое общество. Если за что и благодарить Горбачева, то лишь за то, что он оказался инструментом, обнажившим подлинную сущность общества в целом, а, в частности, - власти и людей к ней приближенных, и мы избавились от иллюзий.
У нас все время хотят, чтобы кто-то делал конкретную работу и проявлял конкретную инициативу за кого-то. Самому - боязно. Пожалуй, самое страшное для общества, что так думают, так поступают те, кто должен и думать, и поступать совершенно наоборот. Если элита общества (а в маленьком городе его элита – те же учителя, врачи и т.п.) проявляет трусость и слабость, ни о каких положительных изменениях в нашей жизни не придется говорить никогда.
Не могу не привести в качестве примера, так сказать, обратного действия, позицию, занятую редакцией нашей газеты «Час пик» в отношении, казалось бы, самого бесперспективного дела. События недавние, читатель о них немного наслышан из наших многостраничных выпусков. Остановлюсь на них коротко, только для примера. Еще весной с подачи «Нашей Украины» и Комитета Верховной Рады по вопросам информации была инспирирована несуществующая «инициатива» журналистов «разгосударствить» местную и региональную прессу. Как всегда государство в лице его институтов «проморгало» мину. И процесс в Верховной Раде набрал бешеные темпы. Уже в июле мы могли остаться без местной и региональной прессы. Протягивался законопроект. Цель – за полтора года до президентских выборов «расчистить поле» для американской пропаганды и «Нашей Украины» на всем информационном пространстве страны. Согласно законопроекту, государство обязано было выйти из состава учредителей всех СМИ в Украине, оставив это место неизвестно кому. Иными словами, речь шла об информационной агрессии и агрессоре, которым выступали и выступают до сегодняшнего дня США. В одночасье у нас случилось бы то, что американцы с успехом сделали в Венгрии. Там теперь все, без исключения, средства массовой информации являются собственностью… иностранного капитала.
И что вы думаете? Даже журналисты готовы были «скушать» эту новость, им же самим грозившую безработицей и «затыканием ртов». Ибо, если на государство можно лаять, что оно, дескать, употребляет цензуру, то на хозяина, который с тобой подписал контракт, ты лаять не будешь ни при каких обстоятельствах: в контракте отсутствие лая предусмотрено, как, между прочим, повсюду на «демократическом» Западе.
Каков итог провокации Верховной Рады? Полное поражение. И кто нанес ей это поражение? Редакция газеты «Час пик». Да, да! Маленькая редакция, из маленького городка Рени, наплевав на субординацию, правила игры и так далее, и тому подобное, начала скандалить и показывать зубки. И ряды журналистов, которые размышляли подобно мужикам, пострадавшим от газовщиков, или боязливым педагогам, - эти ряды почему-то неуклонно стали сокращаться, а ряды наших сторонников, наоборот, увеличиваться. Закончилось это Всеукраинской конференцией журналистов, которую мы провели в Одессе месяц назад. А спустя неделю после конференции на Пленуме Национального союза журналистов, руководство которого мы подвергли жесточайшей критике за предательство наших интересов, говорили уже на другом языке и совершенно о другом. Глава Комитета Верховной Рады по информации Николай Томенко лично заверил всех присутствующих, что никаких законопроектов, без решения журналистов, Верховная Рада принимать не будет.
«Безнадежное дело» закончилось нашей победой и нашим решением создать на уровне страны Комитет по защите прав интересов журналистов и редакционных коллективов, чем мы сейчас и занимаемся. Подчеркну: для того, чтобы подобных инцидентов не могло повториться.
Только вот «ренийский синдром» почему-то дал знать и тут. Мы специально машину выделили для журналистов «Ренийского вестника», чтобы поучаствовали в работе Всеукраинской конференции журналистов. Не приехали. Зря машину гоняли…
А представим себе ситуацию, при которой именно этих двух-трех голосов не прибывших журналистов и не хватило бы для принятия решения, представим, что все из-за трех человек закончилось бы провалом. Что мы получили бы? Закон наши противники протянули бы, а в результате те самые трое коллеги из «Ренийского вестника» или не из ренийского, а вместе с ними и тысячами других, таких же, очень скоро оказались бы в числе безработных… Могло случиться такое? Вполне.
Я не критикую коллег. Ничего не ставлю им в вину, как и другим из тех, кто не приехал из других районов и областей Украины. Проявление гражданской позиции – это личное дело каждого человека и никто не вправе никого винить за ее присутствие либо отсутствие.
…Хочу вернуться к интриге, о которой сказано выше. Это сюжет третий. Письмо, присланное Федором Павловичем Бединым в ответ на наше предложение о проведении пресс-конференции, с приглашением мэра города и начальника порта. Об этом было объявлено в прошлом номере нашей газеты в заметке «Главная тема». Как явствует из письма, очевидно, мы в публикации неверно расставили акценты, и это было неадекватно воспринято. Во избежание кривотолков, процитирую часть письма Ф.П.Бедина: «Что же касается обсуждения хозяйственной деятельности порта, то я категорически против, т.к. это противоречит целому ряду законов и является прямым вмешательством в работу порта. Периодически порт, как государственное предприятие, подвергается различным проверкам, в том числе, и правоохранительными органами, о результатах которых можно рассказать в прессе. К сожалению, практика проведения пресс-конференций, круглых столов, интервью не внесла ясности в сложившихся противоречиях и не сблизила позиции сторон. Так стоит ли и далее нагнетать обстановку, подливая масло в огонь, втягивать в конфликт все большее количество сторон? Не думаю, что это является основным заданием редакции газеты «Час пик».
Правильно. Не думает так и автор этих строк. Именно ради того, чтобы залить огонь водой, а не подлить масла, мы и решили провести пресс-конференцию. Никто не заинтересован в раздувании конфликта. Но есть события. Эти события – слухи, анонимные звонки, анонимная почта редакции с компроматом на порт. Мы хотим принять участие в том, чтобы это прекратить. Опять же, людям, которые звонили в редакцию, либо лично со мной, как с редактором, «делились информацией», я предлагал: выступите в газете, опубликуем. Заявите свою позицию открыто. Ответ – тот же, что у педагогов, что у мужичков, жаловавшихся на газовиков. Вот для чего и родилось предложение всенародно кончить эту «бодягу», а уж совсем не с целью «вмешательства во внутренние дела». И потом, мы же объявили, что планируем проведение пресс-конференции в первую неделю декабря или позже. Если до того времени тема будет исчерпана, необходимость в этом вообще исчезнет.
Волнует нас в связи с этим разве что «непонятка», случившаяся с подпиской ветеранов порта на «Час пик». Раскупаемость нашей газеты, по словам работников «Одессаоблпрессы» сильно возросла, газет не хватает, просят увеличить тираж, а мы не можем. Тем более, что ветераны порта обратились и ко мне лично, и в горисполком с просьбой снова подписать их на «Час пик», на 2004-й год, в связи с тем, что их, якобы, ограничили в подписке. Получается, что «противоречия сторон», заставляют нас, редакцию с крайне ограниченным бюджетом, в очередной раз становиться… спонсором для ветеранов крупного градообразующего предприятия. Мы, конечно, можем это сделать, но не сказать об этом, наверное, нельзя.
Впрочем, основное задание редакции, и автору хочется сделать на этом ударение, - попытаться достучаться до сознания простых людей. Мы будем инициировать создание в городе сильной общественной организации, так как это уже сделали во многих городах Украины. Называйте это Комитетом избирателей, или иначе, - это путь самоорганизации населения, главная цель которой взять на себя ответственность за то, что происходит. Об этом подробно мы расскажем в своих публикациях чуть позже. Но сейчас надо понять одно: ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра мы не изменим нашу жизнь к лучшему, если не станем изменять свое личное, - каждого в отдельности и всех вместе, - отношение к ней. Вот что является главной нашей темой. Без гражданской позиции нет, и не может быть гражданского общества. И эту проблему мы до сих пор решаем, а решить основательно не можем. На нашем местном, ренийском уровне, это особенно отчетливо видно, хотя проблема актуальна далеко не только для Рени.
…У нас в городе Елена Харитоновна Ковалева – личность, можно сказать, культовая. Это сюжет четвертый. Характерный и на сегодня – заключительный. Этого человека, пенсионерку, везде хорошо знают. Потому что никому она не дает покоя. Не дает покоя и редактору. С Еленой Харитоновной у нас бывают даже длинные задушевные разговоры по телефону. И хотя бы раз в неделю она сообщает очередную новость. Так было и неделю назад, когда Елена Харитоновна увидела вблизи железнодорожного полотна мужичка с тачкой, исправно бросавшего туда «костыли», которыми, как известно, рельсы крепятся к шпалам. Конечно, Елена Харитоновна не промолчала. Конечно, невзирая на возраст и боль в суставах, прошлась вдоль железнодорожного полотна и насчитала несколько сотен (не записал точное количество) дырок в тех местах, где должны быть забиты «костыли» в шпалы.
Не поленился и ваш покорный слуга. Прошелся вдоль железнодорожного полотна. Убедился.
Знаете, а ведь визитов Елены Харитоновны и встреч с ней многие даже боятся! Вот так человек должен заявлять о себе, если он хозяин собственной жизни. Бояться должны не вы. Бояться должны вас. Гражданин – это серьезно. И надо научить всех с этим считаться.
Признаться, раньше я старался избегать звонков Елены Харитоновны. Когда навел о ней справки, сказали, мол, человек своеобразный, лучше не обращать внимания. И это мнение достаточно большого круга людей. Но что же получается? Ведь не эти люди, а Елена Харитоновна считает украденные «костыли» на железнодорожном полотне, не эти люди, а именно она, покупая в магазине хлеб, взвешивает его и устанавливает факты недовеса, пишет заявления на имя городского головы и в редакцию. Наконец, не эти люди, а Елена Харитоновна звонит в суд, в прокуратуру, в милицию, в редакцию и сообщает о попытках тех или иных должностных лиц скрыть правонарушения. Что же получается? «Неудобный» человек, оказывается, тем и неудобен, что он хочет жить как человек и требует к себе отношения, как к человеку! Хотим мы того или нет, но не на «тех многих», а только на таких, как Елена Харитоновна и держится земля.
Христианство учит, что конца света не будет до тех пор, пока на земле будет жить хоть один праведник. Сколько же миллионов (боюсь сказать миллиардов) готовы жить за счет одно-единственного праведника, и будет ли услышан ими его голос?
Лев Василишин

  • Так называемая оранжевая революции вылилась в победу на выборах, одержанную, однако, со слабым перевесом, и становится ясно, насколько длинна тень прошлого. Но у каждого изменения есть следующий день. Если изменение сопровождалось насилием, следующий день обычно бывает зловещим; если оно было мирным — наступающий день будет, скорее, грязным[...]
  • На внутреннее потребление, намечено направить почти весь ожидаемый урожай - 33-35 млн. т. Хотя сдерживание вывоза может привести только к перенасыщению внутреннего рынка и падению цен, правительство и Минагрополитики вплоть до самого последнего времени отказывались признать возможность (и необходимость) экспорта зерна в текущем году[...]